В общественно-политическом поле продолжается активное обсуждение скандального инцидента, произошедшего в метро между премьер-министром Николом Пашиняном и женщиной из Арцаха. В широких общественных кругах он воспринимается как проявление потери самообладания на фоне предвыборного напряжения. Однако, как отмечает политический комментатор Акоп Бадалян, такая оценка не является однозначной, и произошедшее может иметь более глубокое объяснение.
Управляемый стиль или потеря самообладания
По словам Бадаляна, поведение Пашиняна часто воспринимается как несбалансированное, и для этого есть основания, которые во многом сформировал сам премьер-министр. В то же время эксперт не исключает, что этот образ может целенаправленно использоваться для решения политических задач.
По его оценке, Пашинян сформировал модель поведения, соответствующую своему электорату, и теперь может «по необходимости» активировать этот стиль, одновременно удовлетворяя ожидания своих сторонников и влияя на политические процессы.
Необходимость мобилизации
По мнению Бадаляна, одной из ключевых задач действующей власти является максимальная мобилизация собственного электората. По его словам, в логике выборов шансы Никола Пашиняна возрастают в условиях низкой общей явки.
Он подчёркивает, что для власти важно сформировать такую общественную атмосферу, при которой будет как можно меньше других мотивированных групп, а собственный электорат окажется более активным. «Если явка будет высокой, то в относительной арифметике это может создать серьёзную проблему для обеспечения большинства», — отмечает он.
Политика «не упустить момент»
Анализируя инцидент в метро, Бадалян склонен рассматривать его не как потерю самообладания, а как попытку извлечь максимальную выгоду из ситуации. По его словам, Пашинян «не потерял самообладание, а просто не упустил момент».
В частности, эксперт указывает, что инцидент позволил вновь актуализировать тему Арцаха и сформировать внутреннюю конфронтацию. По его мнению, премьер идёт на выборы с тяжёлым бременем утраты Арцаха и заинтересован в усилении конфликтных нарративов для его смягчения.
Бадалян формулирует, что создаётся среда, в которой акцент ответственности власти за утрату Арцаха переносится на самих арцахцев. Он отмечает, что такой подход также позволяет сохранять и воспроизводить поляризованную систему, на которой строится политическая опора действующей власти и которая требует постоянной подпитки новыми конфликтами.
Дилемма «война или мир»
Бадалян выделяет ещё один важный аспект — использование дилеммы «война или мир» в предвыборной риторике. По его словам, Никол Пашинян последовательно продвигает тезис о том, что его отсутствие у власти может привести к войне.
Однако, по оценке Бадаляна, в последнее время обоснование этого тезиса ослабло, поскольку оппозиционные силы реже обращаются к теме Арцаха, особенно в реваншистской риторике. В этих условиях, по его мнению, возникает необходимость вновь «активизировать» эту тему, прежде всего в эмоциональном поле.
«Необходимо сформировать такую атмосферу, при которой тема Арцаха станет максимально эмоциональной, чтобы её можно было использовать в политических целях, и данный инцидент наилучшим образом служит этой задаче», — считает Бадалян.