В Вашингтоне премьер-министр Армении Никол Пашинян, президент Азербайджана Ильхам Алиев и президент США Дональд Трамп подписали Трехстороннюю декларацию. Для властей Еревана это — «первый шаг на пути к установлению прочного мира». Для оппозиции — угроза для национальных интересов. Почему один и тот же текст вызвал столь разную реакцию, и что на самом деле скрывается за формулировками Декларации?
И в оценках властей, и в критике оппозиции есть своя логика. С одной стороны, декларация действительно выглядит как сигнал о переходе от конфликта к интеграции в региональную транспортно-экономическую систему при посредничестве США. С другой — набор формулировок и обязательств содержит определенные риски для Армении. Именно на этих положениях стоит остановиться подробнее.
Пункт 3: статус «особенная транзитная зона»
Одним из самых спорных элементов декларации стало обязательство об открытии коммуникаций между Арменией и Азербайджаном, при этом отдельной строкой выделено «беспрепятственное сообщение между основной частью Азербайджанской Республики и Нахиджеваном через территорию Республики Армения». Этот акцент сам по себе придает маршруту особое значение, ставя его выше других направлений.
Президент США Дональд Трамп в своем выступлении пошел еще дальше, назвав этот маршрут «особенной транзитной зоной» в рамках проекта «Маршрут Трампа для международного мира и процветания» (TRIPP):
«Мы решили очень важный вопрос, это особенная транзитная зона, территория, которая позволит получить Азербайджану полноценный доступ к Нахиджевану и вместе с тем всецело уважать территориальную целостность Армении».
По его словам, управление коридором будет вестись 99 лет с возможностью продления ещё на 99, а в его развитие придут крупные американские инвестиции.
Таким образом, особый статус пути уже закреплён на политическом уровне, даже если он пока не прописан в декларации. Хотя в документе упомянуто, что Армения также получит «взаимные выгоды» для своих перевозок, ни в тексте, ни в публичных заявлениях не прозвучало о создании аналогичной «особенной транзитной дороги» через территорию Азербайджана для нужд Еревана. Это создает асимметрию: особый режим гарантируется одному направлению, тогда как армянский доступ к азербайджанской территории остается в зоне неопределенности.
От «беспрепятственности» к претензиям
Формулировка о «беспрепятственности» выглядит двусмысленно, и в дальнейшем может дать повод для двояких трактовок сторон. Премьер Армении уверяет, что речь лишь идет о том, что стороны просто обязуются не препятствовать прохождению границы.
Безусловно, на бумаге вопрос беспрепятственного прохода сочетается с уважением суверенитета и юрисдикции Армении, однако в политической практике такие обязательства нередко трактуются, как снижение или упразднение пограничного и таможенного контроля, как это бывало в других международных соглашениях, например, в рамках транзитных коридоров в ЕС.
Если «беспрепятственный проход» и статус «особой транзитной дороги» станет закрепленным международным обязательством (а декларация таковым не является!), Баку сможет трактовать любые задержки, проверки или изменения в порядке перевозок как нарушения соглашения, со всеми вытекающими отсюда проблемами:от фактической потерей контроля над транспортной инфраструктурой, до усиления зависимости от США, которые будут участвовать в управлении этим коридором.
Неопределенность с “третьими сторонами”
В 4-м пункте декларации говорится: «Республика Армения будет работать с Соединенными Штатами Америки и взаимно согласованными третьими сторонами над выработкой рамок проекта транспортной связанности „Дорога Трампа во имя международного мира и процветания“ (TRIPP) на территории Республики Армения».
Однако в декларации не указано, кто именно входят в число этих «третьих сторон» и как будет строиться процесс их согласования. Логично предположить, что третьи стороны — это компании, которые будут непосредственно участвовать в реализации проекта, но использованные в декларации неопределенные формулировки открывают широкие возможности для последующего привлечения к проекту не только компаний, но и стран региона. США, в том числе исходя из собственных геополитических интересов, на определенном этапе могут настоять на вовлечении региональных игроков в проект.
Но не стоит забывать, что декларация — это фактически предварительный документ, на основе которого впоследствии будет разработано соглашение по этому вопросу. Поэтому крайне важно, чтобы при подготовке основного документа Армения смогла добиться максимально четких формулировок относительно «третьих сторон».
В случае многостороннего проекта Армения, обладая меньшим политическим и экономическим весом, может оказаться в ситуации, когда ее официальное право вето будет ограничено процедурными правилами или нейтрализовано посредническими механизмами для урегулирования споров. То есть Армения сможет блокировать решения лишь теоретически, а на практике будет вынуждена постоянно идти на уступки.
Четкость в формулировках — гарантия успеха
Для предотвращения такой ситуации на этапе подготовки основного соглашения Армении необходимо добиваться максимально прозрачных, четких, не поддающихся двояким трактовкам формулировкам, жестких правил участия, принятия решений и решения споров, которые обеспечат ей реальный контроль над проектом и исключат одностороннее расширение круга участников, привлечение государств, а не бизнеса без ее согласия. Для минимизации рисков в будущем соглашении необходимо также четко прописать механизмы контроля, исключающие двусмысленные трактовки, и закрепить право Армении на полноценный таможенный и пограничный надзор.