Международный арбитражный орган в Стокгольме встал на сторону бизнесмена Самвела Карапетяна, временно запретив правительству Армении предпринимать шаги по национализации «Электрических сетей Армении». Это решение не только ставит под сомнение правомерность действий властей в глазах международного сообщества, но и может повлечь серьезные последствия для инвестиционного имиджа страны.
Невыполнение или игнорирование этого решения чревато глубокой утратой доверия со стороны потенциальных иностранных инвесторов — особенно в условиях, когда правительство активно продвигает проект «Перекресток мира» и заявляет о необходимости масштабных инвестиций в инфраструктуру и коммуникации. Премьер-министр Никол Пашинян в своих последних выступлениях не раз подчеркивал важность привлечения частного и международного капитала, в том числе в контексте предложения США.
Таким образом, у власти в Армении есть выбор: либо подчиниться решению арбитража и подтвердить приверженность международному праву, либо попытаться его обойти — с риском превратить локальный юридический конфликт в системный инвестиционный кризис.
Но этот выбор имеет более широкое значение, особенно в контексте обсуждаемого американского предложения по передаче управления армяно-азербайджанскими коммуникациями частной иностранной компании. История с ЭСА — сигнал, который должен заставить власти трезво оценить риски подобных соглашений, где спор между государством и частным оператором может выйти за пределы национальной юрисдикции.
Если армянское правительство, даже имея политическую волю и убежденность в необходимости реформ, не смогло добиться пересмотра ситуации с ЭСА — компанией, связанной с де-факто российским бизнесменом армянского происхождения, — то возникает закономерный вопрос: каковы будут шансы на успех в случае конфликта с американским или иным иностранным оператором, которому будет передано управление коммуникациями на части армянской территории?
В случае с ЭСА власти утверждают, что компания не работает по современным стандартам, неэффективна и требует системных преобразований. Тем не менее, международный арбитраж оказался не на стороне государства, а на стороне инвестора. Это означает, что в условиях международного арбитражного поля даже внутренние регуляторные инициативы могут быть признаны нарушением прав инвестора.
А значит, в ситуации с предполагаемым американским аутсорсингом, где речь пойдет не только о собственности, но и об элементах суверенитета — инфраструктуре, потенциальные юридические последствия для Армении могут быть еще более жесткими и необратимыми. И если государство будет пытаться в будущем изменить или пересмотреть условия договора с такой компанией (если, к примеру, стороны будут по-разному трактовать положения документа), риск проигрыша в международном арбитраже будет даже выше, учитывая политический и юридический вес Соединённых Штатов.
Таким образом, дело Карапетяна — это не только спор о прошлом. Это — предупреждение о будущем.