Переговоры между Ираном и США в Исламабаде завершились провалом. Стороны обвиняют друг друга, звучат военные угрозы, а Ормузский пролив вновь оказался в центре внимания. Возникнет ли новое столкновение или сохраняется шанс на дипломатическое решение — на этот вопрос отвечает политический аналитик и иранист Давид Карапетян.
Эскалация смещается в море
По его оценке, сложившаяся ситуация переводит регион в новую фазу напряженности, где конфликт может выйти за пределы дипломатической плоскости.
«Если раньше основной акцент делался на переговорах, то теперь мы видим, что развитие событий может перейти в военную сферу, особенно в морском направлении», — отмечает аналитик.
По его словам, переговоры в Исламабаде фактически сорвались, а дипломатические усилия в настоящий момент «практически отсутствуют».
«Можно сказать, что весь дипломатический процесс просто рассеялся», — подчеркивает он, добавляя, что между сторонами не было достигнуто никакого консенсуса.
Требования Вашингтона
Как отмечает Карапетян, требования США были жесткими и многослойными. В частности, для Вашингтона «красной линией» являлись как возможное перекрытие Ормузского пролива, так и продолжение Ираном обогащения урана.
По словам аналитика, США требовали, чтобы Иран вывел более 400 килограммов обогащенного урана за пределы страны, а также прекратил и даже полностью ликвидировал деятельность своих ядерных объектов.
«Речь шла не только об ограничении, но и о полной ликвидации», — подчеркивает он.
Однако, по его оценке, ни одно из этих ключевых требований не было выполнено, что и стало основной причиной провала переговоров.
Позиция Ирана
Иранская сторона также выдвигала собственные условия. Как отмечает Карапетян, ссылаясь на заявление председателя парламента Ирана, Тегеран ожидал, что против его союзников в регионе не будут проводиться военные операции.
«Одним из условий было то, что подобные сценарии, например в ливанском направлении, не повторятся», — говорит он.
Кроме того, Иран требовал разблокировки замороженных активов, что, по словам аналитика, также не было реализовано.
«США предлагали около 6 миллиардов долларов ограниченной помощи через посредников, однако это выглядело скорее как “приманка”, чем как реальное решение», — отмечает Карапетян.
Аналитик подчеркивает, что ключевой проблемой переговоров стали взаимное недоверие сторон и несовместимость их требований.