Масштабное перевооружение Армении и закупки вооружений у различных зарубежных партнеров открывают новые возможности для укрепления обороноспособности страны, однако одновременно ставят перед армией серьезные задачи по интеграции разнородных систем. Об этом заявил военный эксперт Леонид Нерсисян.
По его словам, диверсификация поставщиков вооружений сама по себе является положительным явлением, поскольку снижает зависимость от одного государства. Если по каким-либо причинам сотрудничество с двумя или даже несколькими странами окажется затруднено, у Армении сохранятся альтернативные источники закупок и обслуживания техники. «Когда рынок открыт, появляется возможность выбирать оптимальные образцы вооружений среди продукции десятков производителей. Однако такой выбор требует специальных компетенций, которых раньше фактически не было, поскольку долгие годы армия ориентировалась преимущественно на вооружение одного стандарта», — отметил эксперт. По мнению Нерсисяна, главная проблема заключается не в самом факте закупки техники у разных стран, а в необходимости объединить все эти системы в единый механизм управления войсками.
Эксперт считает, что единственным эффективным решением является создание собственной цифровой системы управления, которая позволит различным видам вооружений обмениваться данными независимо от страны происхождения. Для этого необходимо заранее договариваться с производителями о программной совместимости и интеграции их продукции в армянскую систему управления. «Если такая работа будет выполнена, проблема различия стандартов практически исчезнет. Если же этого не сделать, потенциал новых вооружений может использоваться лишь на 20% возможностей», — подчеркнул он.
Нерсисян отметил, что современные системы вооружений требуют качественно иных подходов к организации армии. Речь идет не только о технической модернизации, но и о глубокой трансформации принципов управления войсками. По его словам, внедрение современных цифровых систем управления несовместимо с подходами, унаследованными от советской военной школы. Такие изменения предполагают серьезную перестройку мышления, повышение мобильности подразделений и передачу большего объема полномочий на нижние уровни принятия решений.
«Это уже не просто закупка техники. Это полноценная реформа, которая меняет организационную культуру армии», — отметил эксперт. При этом успех преобразований зависит не только от военного ведомства, но и от готовности государства поддерживать подобные изменения, а также активно сотрудничать с частным технологическим сектором. Нерсисян также обратил внимание на то, что современные вооружения предъявляют гораздо более высокие требования к разведке и управлению войсками. В качестве примера он привел артиллерийские системы нового поколения. Если раньше дальность поражения целей составляла около 20 километров, то современные образцы способны эффективно работать на дистанциях до 45 километров и более. Для реализации такого потенциала необходимы принципиально новые возможности разведки, передачи данных и оперативного принятия решений.
«Чем дальше действует оружие, тем более сложной становится система его применения. Необходимо быстрее получать информацию, быстрее передавать ее и быстрее принимать решения. Без этого эффективность дорогостоящих закупок будет существенно снижаться», — пояснил эксперт. Говоря о роли военных учений, Нерсисян подчеркнул, что без постоянной практической проверки невозможно оценить эффективность реформ. По его словам, любые концепции и документы должны проходить испытание на практике. Только в ходе учений можно понять, работают ли новые подходы или требуют корректировки. Эксперт отметил, что в последние годы в армии стало проводиться больше мероприятий с реальным применением вооружений, что способствует повышению боеготовности подразделений.
«Без учений армии не существует. Любая новая система, любое нововведение должны постоянно тестироваться и проверяться в реальных условиях», — заключил Нерсисян. Таким образом, по мнению эксперта, закупка современных вооружений является лишь первым этапом модернизации. Главный вопрос заключается в том, сможет ли армия провести необходимые организационные и технологические реформы, которые позволят полностью раскрыть потенциал нового вооружения.