Волна протестов вокруг хиджаба в Азербайджане выявила противоречия между властями и частью общества, придерживающейся традиционного исламского уклада, а также отношение государства к шиитской религиозной среде. Этот вопрос вписывается и в более широкий контекст разногласий между Баку и Анкарой. Такое мнение высказал иранист Вардан Восканян.
«Если смотреть на формальную сторону, был принят закон о единой школьной форме, и все ученики должны были носить одинаковую одежду. Но здесь есть противоречие: речь идет об учениках, тогда как учительниц в хиджабах тоже не пускали в школы. Следовательно, очевидно, что под прикрытием якобы законодательного регулирования предпринимаются действия против верующего мусульманского населения, точнее — против его традиционного уклада и одежды. В целом это процесс, направленный против шиитского ислама», — говорит эксперт.
По его оценке, ограничения следует рассматривать не только с точки зрения свободы вероисповедания, но и в контексте внутриполитической ситуации в Азербайджане. Восканян выделяет несколько причин.
Самоуверенность Алиева и реальные проблемы общества
Восканян считает, что после установления контроля над Арцахом президент Азербайджана почувствовал себя увереннее и полагает, что его авторитет внутри страны позволяет ему предпринимать любые шаги без серьезного общественного сопротивления. По мнению эксперта, Алиев не понимает стремлений и настроений тех общественных слоев, которые не представлены в системе власти.
Эксперт описывает азербайджанское общество как многослойное, с группами, образ жизни, ценности и мировоззрение которых зачастую существенно отличаются от представлений правящей верхушки. По его словам, правящая семья Азербайджана представляет «русскоязычную элиту, сформировавшуюся в системе советской номенклатуры», которая управляет преимущественно азербайджаноязычным населением.
Восканян также указывает на различие между светским образом жизни правящей семьи и традиционными ценностями значительной части общества. По его описанию, семья Алиевых ведет роскошную светскую жизнь, совершает дорогие покупки в Париже и Лондоне, тогда как во многих районах Азербайджана, особенно за пределами крупных городов, сохраняются традиционные нормы поведения и социальные проблемы.
«Мы имеем дело с очень традиционным обществом, особенно за пределами Баку и крупных городов. Во многих местах Азербайджана, в сельских общинах, до сих пор, когда образуется очередь, женщины и мужчины стоят отдельно. И рядом с этим традиционным обществом существует власть, которая, по сути, не имеет с этими людьми общности ни по происхождению, ни по поведению», — говорит он.
Антиармянская пропаганда как опора легитимности власти
По оценке Восканяна, одним из важных инструментов сохранения легитимности азербайджанской власти долгие годы была антиармянская пропаганда. По его словам, ответственность за социальные и экономические проблемы общества регулярно возлагалась на Арцах и армян: людям внушали, что причиной их трудностей является нахождение Арцаха под армянским контролем.
По словам эксперта, граждан Азербайджана убеждали, что без этого обстоятельства они не столкнулись бы с такими проблемами. Он считает, что после установления контроля над Арцахом прежняя пропагандистская схема утратила часть своей эффективности. У некоторых людей возник вопрос: что изменилось в их повседневной жизни и какую пользу они получили?
«Среднестатистический азербайджанец, не принадлежащий к правящей верхушке, думает: а мне какая польза? Раньше Арцах находился под контролем армян, теперь — под контролем Ильхама Алиева. Тогда мне ничего не доставалось от богатств Арцаха, и сейчас ничего не достается», — передает его позицию эксперт.
Вместо политической оппозиции — религиозная
Восканян отметил, что власти Азербайджана десятилетиями пытались отстранить общество от политики, подавляя оппозиционные силы, заключая их представителей в тюрьмы или вынуждая покинуть страну. Однако, по его мнению, ограничение политической активности не устранило недовольство, а привело к появлению иных форм его выражения.
«Если десятилетиями деполитизировать общество, это не означает, что общественные проблемы исчезнут. Азербайджанское общество больше не занимается политикой — Алиев этого добился. А что он получил взамен? Религиозную оппозицию», — говорит эксперт.
По его оценке, в мусульманском обществе религиозная оппозиция не может оставаться полностью вне политики, даже если представляет свою деятельность как исключительно религиозную. Восканян придает особое значение влиянию Ирана, учитывая религиозные, идеологические и общественные связи между двумя странами.
Большинство населения Азербайджана составляют мусульмане-шииты, как и в Иране. По словам эксперта, эта общность имеет значение: происходящие в Иране религиозные и политические процессы не могут не затрагивать Азербайджан.
Он обращает внимание и на вещающие из Ирана тюркоязычные телеканалы, преимущественно распространяющие религиозный контент и имеющие широкую аудиторию в Азербайджане, особенно в южных районах страны.
Еще одно обстоятельство, по словам Восканяна, — образование азербайджанского шиитского духовенства. Многие священнослужители учились в шиитских религиозных центрах Ирана, в том числе в Куме, а также Ирака. Это связывает их с более широкой сетью шиитского религиозного мира.
Почему власти не контролируют всю шиитскую религиозную среду
Особенностью религиозной системы Азербайджана Восканян считает различие между официальной духовной структурой и священнослужителями, пользующимися авторитетом среди верующих.
По его словам, в стране действует Управление мусульман Кавказа — структура, существующая с советских времен. Эксперт утверждает, что ее руководитель Аллахшукюр Пашазаде не обладает духовным рангом и квалификацией, необходимыми для статуса высшего религиозного авторитета в шиитском исламе.
Он объясняет, что каждый шиит может следовать за выбранным им духовным авторитетом — марджа ат-таклид, что буквально означает «источник подражания» или «следования». Такой духовный авторитет должен обладать соответствующими знаниями и рангом. Среди аятолл, имеющих высокий религиозный авторитет, есть и лидеры, действующие в Иране и Ираке.
По словам Восканяна, в Азербайджане нет аятоллы, поэтому проживающие там шииты могут следовать за духовными авторитетами Ирана, Ирака и даже Афганистана. Таким образом, наличие официальной религиозной структуры еще не означает, что власти контролируют убеждения и духовные ориентиры верующих.
«Духовные вопросы внутри Азербайджана, которые невозможно отделить от политических, создают довольно сложную картину. Многие люди следуют за разными иранскими или иракскими аятоллами. Поэтому мы имеем дело со сложной мозаикой, которую власти Баку, как правило, плохо знают», — говорит эксперт.
По его оценке, руководство Азербайджана чрезмерно сосредоточено на своих геополитических амбициях, нефтегазовых ресурсах и положении страны в международных отношениях, уделяя недостаточно внимания внутренним религиозным и общественным процессам.
Различия во взглядах двух лидеров как один из источников разногласий Баку и Анкары
По оценке Восканяна, спор вокруг хиджаба выявил противоречия между Азербайджаном и Турцией, которые глубже разногласий по поводу религиозной одежды.
Эксперт характеризует Ильхама Алиева как представителя русскоязычной элиты, сформировавшейся в системе советской номенклатуры и ведущей подчеркнуто светский образ жизни; к власти он пришел благодаря отцу. При этом Восканян подчеркивает, что Алиева не следует недооценивать из-за его происхождения или семейных связей: сохранение укрепившейся диктаторской системы и устранение возможных соперников — сложный политический процесс.
Политический путь Эрдогана, по словам Восканяна, совершенно иной. Он пришел к власти не благодаря унаследованному положению, а пройдя долгий путь политической борьбы и используя исламскую идеологию.
«Перед нами два разных полюса с точки зрения идеологии и человеческого поведения: Ильхам Алиев, преданный сугубо светским удовольствиям, и Эрдоган с традиционным мусульманским мировоззрением. Между этими двумя людьми рано или поздно должен был возникнуть определенный конфликт», — говорит эксперт.
Восканян отмечает, что в период сотрудничества Азербайджана и Турции против Армении и Арцаха у двух лидеров были общие интересы. По его оценке, наличие общего противника могло отодвигать другие разногласия на второй план. Однако после установления контроля над Арцахом эта общая цель, в его формулировке, утратила прежнее значение, а остальные проблемы сохранились.
Алиев не хочет делить лавры победы с Эрдоганом
По мнению эксперта, одной из важных причин противоречий между Азербайджаном и Турцией является стремление Алиева представить установление контроля над Арцахом исключительно как собственную победу.
Восканян подчеркивает непосредственное участие Турции в военных успехах Азербайджана и напоминает, что на параде победы в Баку Алиев и Эрдоган стояли рядом, принимая парад. По его словам, тогда у могил погибших во многих местах Азербайджана размещали два флага — азербайджанский и турецкий. Позднее эта картина постепенно изменилась: в основном остался флаг Азербайджана.
По оценке эксперта, такое изменение символизирует стремление Алиева связать победу со своей властью. «Бакинский диктатор считает, что не должен делить эту победу ни с кем. Это исключительно его победа. И для него это важно также внутри страны», — говорит Восканян.
Ограничивая хиджаб, Алиев затрагивает и позиции Эрдогана
По оценке Восканяна, ограничения на хиджаб затрагивают и президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана. Эксперт обращает внимание на то, что супруга Эрдогана Эмине носит исламский хиджаб, соблюдая связанные с ним религиозные правила. Между тем женщинам в подобной одежде ограничивают доступ в азербайджанские школы.
По его словам, для Эрдогана этот вопрос имеет политическое значение, поскольку на протяжении своего политического пути турецкий президент также обращался к теме хиджаба. В Турции после реформ Мустафы Кемаля Ататюрка ношение хиджаба в разные периоды подвергалось ограничениям, в том числе после военных вмешательств.
По оценке Восканяна, происходящее сейчас в Азербайджане в определенном смысле напоминает ограничения, против которых Эрдоган боролся в Турции. «То, что делали против Эрдогана в Турции, Ильхам Алиев сейчас делает в контексте хиджаба. Это направлено не только против Ирана, но и против Эрдогана», — отмечает он.
Эксперт полагает, что таким шагом Алиев также стремится ослабить влияние действующих внутри страны протурецких групп.
Восканян говорит, что эти группы, в отличие от верующих шиитов, в основном светские, однако их представители занимают важные должности в армии и других частях государственного аппарата. Поэтому ограничение турецкого влияния может служить и укреплению внутриполитических позиций Алиева.
Противоречия Турции и Израиля сужают возможности Баку для маневра
Еще один фактор, на который указывает Восканян, — резкое ухудшение отношений между Турцией и Израилем. По его оценке, это ограничивает внешнеполитический маневр Азербайджана, поскольку Баку одновременно поддерживает тесные отношения с обеими странами.
Эксперт не связывает ухудшение турецко-израильских отношений с заявлениями Эрдогана в защиту палестинцев. По его убеждению, интересы двух стран столкнулись в Сирии, и именно это углубило противоречия.
Азербайджан, поддерживающий тесные отношения с Израилем, на определенном этапе пытался выступить посредником в урегулировании турецко-израильских разногласий. Однако, по оценке Восканяна, ситуация развивается в противоположном направлении: позиции сторон не сближаются, а противоречия усиливаются.
В этих условиях Баку оказывается в сложном положении: необходимость сохранять союзнические отношения с Турцией сталкивается с интересами сотрудничества с Израилем.
Интересы Ирана и Турции по некоторым вопросам могут совпасть
Восканян обращает внимание и на парадоксальное обстоятельство: в контексте возможных противовесов власти Алиева Иран и Турция по некоторым вопросам могут оказаться по одну сторону.
Он, однако, подчеркивает, что процесс находится лишь в начальной стадии и предсказать его дальнейший ход или возможные последствия пока нельзя.
«Это еще одна парадоксальная ситуация. В контексте противодействия Алиеву Иран и Турция фактически в определенном смысле стали союзниками. Но мы видим лишь зародыши этого процесса, и пока неясно, как он будет развиваться и к каким последствиям приведет», — отмечает иранист.
Разногласия еще не означают распада отношений Азербайджана и Турции
Восканян особо подчеркивает, что существующие между Азербайджаном и Турцией противоречия не следует истолковывать как прогноз неизбежной конфронтации или войны между ними.
По его словам, было бы ошибкой предполагать, что из-за этих разногласий Азербайджан распадется, Турция и Азербайджан либо Иран начнут воевать друг с другом, а в регионе начнется перераспределение сил. Эксперт считает, что оснований для таких выводов нет, но и игнорировать противоречия не следует.
В заключение он говорит, что Армении важно не просто наблюдать за этими противоречиями, а понимать их природу и оценивать, способны ли они создать политические возможности. «Если ты игрок, ты должен играть. При возможности нужно расширять эти трещины, если у тебя есть такая цель», — говорит иранист.