В последние недели в Армении и за её пределами активно обсуждается новая американская инициатива по разблокированию коммуникаций на Южном Кавказе. Суть этой идеи — создание транспортного коридора между Арменией и Азербайджаном, где строительство и обслуживание инфраструктуры, включая железную дорогу, будет осуществляться частной иностранной (предположительно американской) компанией. Эта компания, согласно обсуждаемой модели, должна также отвечать за безопасность на участке, находящемся на армянской территории. Официальный Ереван подчёркивает, что суверенитет страны при этом не нарушается, однако остаётся множество вопросов, начиная от механизмов реального контроля до принципа взаимности со стороны Баку.
На фоне обсуждений возникает важнейший вопрос: является ли американская инициатива частью долгосрочной стратегии Вашингтона по закреплению на Южном Кавказе или же это скорее тактический шаг, отражающий ситуативный интерес администрации Дональда Трампа?
У США нет устойчивого желания быть частью региона
Конфликтолог Олеся Вартанян считает, что это один из ключевых вопросов в сегодняшней ситуации: «Вот это очень хороший вопрос и, может быть, даже самый главный вообще во всей этой истории. Потому что особенно для Еревана, конечно же, очень важно, чтобы если кто-то включается, пусть даже не напрямую сидит за столом переговоров, но хотя бы предлагает решения, — чтобы это участие не прекращалось, чтобы была стабильная связь и с Баку, и с Ереваном, и, возможно, выдвигались следующие шаги. Очень важно, чтобы за предложениями следило долгосрочное сопровождение и контроль за их выполнением».
По словам Вартанян, главная цель Еревана — подписание мирного соглашения, за которым должны последовать открытие границ и установление дипломатических отношений. Пока же ситуация остается подвешенной, а это, по её словам, «ослабляет позиции Армении независимо от того, кто находится у власти». При этом американская внешняя политика, по мнению аналитика, отличается «неконвенциональностью» и непредсказуемостью: «Интересно, что прозвучало именно американское предложение — стать участником или фасилитатором транспортного сообщения между Арменией и Азербайджаном. Возможно, корни этого предложения уходят к опыту с Украиной, когда США пытались закрепиться в процессах через сделки, связанные с редкими металлами. Тогда документ в итоге оказался даже выгоднее для Украины, чем ожидалось».
Тем не менее, вопрос о долговечности участия США остаётся открытым: «Мне кажется, что у США — ни у этой администрации, ни у предыдущих — нет устойчивого желания быть частью региона. Их участие, скорее, реактивное: когда в регионе происходит что-то значимое, им приходится реагировать, чтобы избежать дальнейших расходов. Но в то же время, если они могут помочь — почему бы и нет? Вопрос только в том, насколько это участие будет длительным».
Вартанян подчеркивает, что армяно-азербайджанский процесс сегодня не в критическом тупике — есть шанс на продвижение, и в этом смысле даже ограниченное американское участие может быть полезным. Но ожидать, что США «придут, всё решат и возьмут регион под контроль» — иллюзия, не соответствующая ни духу нынешней администрации, ни трендам американской внешней политики последних 15–20 лет.
Главный вопрос сейчас — вовсе не в позиции Армении
По оценкам политолога Тиграна Григоряна, последнее заявление Дональда Трампа о «близком завершении конфликта» лишь подчеркивает, что США действительно вовлечены в переговорный процесс на высоком уровне: «Как я понял в Вашингтоне, в процесс вовлечены вице-президент и сам Трамп, а основную координацию осуществляет спецпредставитель. Возможно, Армения рассматривает этот вариант как меньшее из зол — пусть это будет иностранная частная компания, а не контроль со стороны России».
Однако главный вопрос сейчас — вовсе не в позиции Армении: «Судя по всему, Ереван готов пойти на такой формат. Но согласится ли Азербайджан — вот в чем интрига. Баку опасается испортить отношения с Ираном, который категорически против любого иностранного присутствия у своих границ, и с Россией, с которой, несмотря на кризис в отношениях, сохраняются стратегические связи. Азербайджанская политика последних лет направлена на минимизацию западного влияния в регионе, и даже участие частной американской компании вызывает раздражение».
Таким образом, несмотря на формально озвученные принципы и публичный интерес США, судьба инициативы остается неопределенной — как с точки зрения ее устойчивости, так и с точки зрения готовности всех сторон к ее реализации.