Еврокомиссия официально передала армянской стороне План действий по либерализации визового режима (Visa Liberalisation Action Plan, VLAP). Это первый формальный шаг в процессе, который потенциально может привести к безвизовому режиму для краткосрочных поездок граждан Армении в Шенгенскую зону. Однако сам по себе факт передачи документа ещё не означает ни начала диалога о либерализации, ни тем более близости результата.
Аналитический центр Vectors внимательно изучил документ и подготовил серию материалов, в которых подробно объясняется, что предстоит сделать Армении для достижения устойчивого безвизового режима для краткосрочных поездок. В этой статье мы опубликуем общие данные, затрагивая вопрос о том, какие политические препятствия в целом изначально подразумевает сама по себе структура документа.
VLAP традиционно структурирован вокруг четырех ключевых блоков, среди них: безопасность документов, включая биометрические данные; комплексное управление границами, миграцией и предоставлением убежища; общественный порядок и безопасность; Внешние отношения и фундаментальные права.
Каждый из блоков разделен на две фазы: первую — законодательную и планирующую, в рамках которой будут приниматься законодательные реформы, стратегии и институциональные рамки, и вторую — фазу эффективной имплементации, где акцент ставиться на практическом применении, ресурсах и мониторинге. ЕС будет оценивать прогресс через отчеты Еврокомиссии, экспертные миссии (включая TAIEX) и консультации с Советом ЕС. Ключевые индикаторы будут включать статистику по отказам в визах, нелегальной миграции, возвращениям и запросам на убежище.
Таким образом, VLAP построен на «performance-based approach» — прогресс зависит от фактических результатов, оцениваемых Еврокомиссией через отчеты и миссии. Однако документ оставляет пространство для субъективности, что может быть использовано для отсрочки безвиза, исходя из политической целесообразности.
Первая фаза объективна — ЕС может проверить принятие законов и стратегий. Но вторая фаза зависит от интерпретации «эффективности» и «устойчивости». Например, в блоке безопасности документов ЕС может посчитать имплементацию «неполной» даже если Армения формально соответствует стандартам. Аналогично, в миграции «эффективный возврат» нелегалов может быть оценен как недостаточный на основе субъективных индикаторов, как уровень запросов на убежище. ЕС может «затянуть» оценку, ссылаясь на «необходимость дальнейшего мониторинга».
Проблема усиливается тем, что ЕС сейчас переживает напряженный период в миграционной политике, и это напрямую отражается на перспективах установления новых безвизовых режимов. Миграционный пакт, принятый еще в мае 2024 года радикально усилил контроль на внешних границах и ужесточил процедуры для третьих стран. Полная имплементация запланирована на середину 2026 года, но уже сейчас ясно: любые новые либерализации становятся политически чувствительными и многими членами ЕС воспринимаются негативно.
Пакт объединяет десять законодательных актов, ключевыми из которых являются усиление границ и скрининг мигрантов, механизм солидарности для перераспределения, а также борьба с вторичными движениями — заявки на убежище теперь принимаются только в стране первого въезда. Для Армении это значит: безвиз возможен только после доказанной устойчивой имплементации миграционных реформ, включая реадмиссию. Любое увеличение заявок на убежище будет восприниматься в ЕС как риск, и приводить к замедлению, а возможно и приостановлению процесса.
Приводимая в плане действий статистика подтверждает: число граждан Армении, незаконно находящихся и арестованных в ЕС, колебалось в последние годы, но оставалось довольно стабильным: с 2150 в 2019 году до 2295 в 2023 году. Число граждан Армении, ищущих убежища в ЕС, также немного увеличилось: с 4655 в 2019 году до 5125 в 2024 году (6110 в 2023 году). Этот рост уже сейчас воспринимается как потенциальная угроза.
Не менее важно, что внутри ЕС позиции стран различаются. Венгрия, Словакия и Нидерланды открыто выступают против новых безвизовых режимов, используя возможность блокировать решения. Франция и Германия выжидают и напрямую связывают прогресс с резким снижением армянских заявления о предоставлении убежища, требуя доказанной стабильности миграционного потока. Опыт показывает: субъективное решение стран-членов может растянуть процесс на годы. Косово получило VLAP в 2012 году, а безвиз ввели только в 2024-м. Турция и вовсе осталась «на вечных подступах».
Безусловно, в случае с Арменией нельзя не учитывать желание ЕС ослабить влияние России в Южном Кавказе и помочь Армении диверсифицировать свои внешние связи, и это играет роль некоего геополитического драйвера для углубления сотрудничества, включая процесс либерализации виз. Однако этот фактор не такой интенсивный и срочный, как в примерах с Украиной или Грузией, где безвиз был ускорен именно геополитическим кризисом. Более того, Армения для ЕС даже с точки зрения снижения влияния России не имеет той важности, которую имели вышеуказанные страны. По большому счету в ЕС руководствуются сегодня тем же принципом, которым в свое время руководствовались в ЕАЭС: “А куда они (армяне) денутся?”
По оценкам, Брюсселя Ереван уже получил достаточно: мониторинговую миссию, кредиты, “повышенный статус партнерства” — все, что можно дать без серьезных политических издержек. Безвиз же требует именно издержек: риска новых потоков лиц, просящих убежище, а также конфликта с антимигрантским крылом ЕС. Поэтому на нынешнем этапе безвиз остается классической «морковкой» — вечной приманкой для обеспечения политической лояльности Еревана, а не реальным планом, который кто-то всерьез собирается реализовывать, как минимум, в ближайшее десятилетие.