На фоне продолжающейся напряженности на Ближнем Востоке правительство Израиля после десятилетий отказа единогласно признало Геноцид армян. Почему это решение было принято именно сейчас, направлено ли оно исключительно против Турции или содержит также иранский подтекст, и как должна реагировать Армения с учетом стратегических отношений с Ираном и сложной региональной конфигурации?
Эти вопросы прокомментировал эксперт по Ирану Арам Шахназарян.
Главным адресатом решения Израиля стала Турция
По оценке Шахназаряна, главным объектом политического сигнала со стороны Израиля была именно Турция.
Эксперт считает, что решение следует рассматривать в контексте резкого ухудшения отношений между Израилем и Турцией, которое наблюдается в последние годы и особенно усилилось в последнее время.
«Главной целью, безусловно, является Турция, если учитывать напряженные отношения между двумя странами. Настолько, что премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху регулярно заявляет, в том числе в своих последних выступлениях, что Реджеп Тайип Эрдоган фактически ежедневно говорит о необходимости уничтожения Израиля. Это был политический удар, имеющий вполне конкретного адресата», — отмечает эксперт.
Армения должна использовать открывшуюся политическую возможность
Комментируя возможную реакцию Еревана, Шахназарян подчеркивает, что в подобных ситуациях государства должны использовать возникающие политические возможности.
По его словам, если для страны создается столь значимый политический прецедент, то с точки зрения классической политической логики его необходимо использовать.
«Если для тебя возникла такая исключительная возможность, то, исходя из самых простых правил политики, ее необходимо использовать. Что касается реакции нынешних властей Армении, которая до настоящего момента отсутствует, то логичным шагом было бы приветствовать такое решение», — считает эксперт.
Признание можно было совместить с критикой политики Израиля
По мнению Шахназаряна, официальному Еревану не обязательно было ограничиваться только приветственным заявлением.
Эксперт полагает, что Армения могла одновременно напомнить о собственной оценке роли Израиля в региональных процессах.
«После этого Армения могла бы напомнить о деструктивной роли Израиля в регионе, затронув события в Арцахе, роль Израиля во время 44-дневной войны, а также израильско-азербайджанские стратегические отношения, которые не только нарушили баланс сил, но и стали фактором региональной дестабилизации. Думаю, реакция должна была ограничиться именно этими рамками», — отмечает он.
Такой подход был бы понятен и Ирану
По убеждению эксперта, подобная позиция была бы воспринята с пониманием и в Тегеране.
Шахназарян считает, что Иран осознает особое значение признания Геноцида армян для армянского государства и армянского народа.
«В таком случае, думаю, Исламская Республика Иран также подошла бы к этому вопросу с аналогичной логикой, понимая, какое значение признание Геноцида армян имеет для Армении и армянского народа. Хотя, как я уже отмечал, нынешние власти фактически отодвинули этот вопрос на второй план», — говорит эксперт.
Главное — суметь извлечь политическую выгоду
Говоря о практическом значении решения Израиля, Шахназарян подчеркивает, что важен не только сам факт признания, но и способность Армении использовать возникшую возможность.
По его мнению, любые политические шаги, которые создают дополнительные проблемы для Турции, должны максимально использоваться армянской дипломатией.
«Армения должна уметь использовать такие возможности. Вообще, любой политический шаг или политический акт, который наносит удар по Турции, Армения должна стремиться использовать максимально эффективно. То же самое касается возможностей, возникающих и в отношении Азербайджана», — подчеркивает эксперт.
Вопрос в том, готова ли власть использовать этот шанс
Вместе с тем Шахназарян выражает сомнение в том, что действующие власти вообще заинтересованы в использовании подобных возможностей.
По его мнению, существует вероятность того, что официальный Ереван предпочтет проигнорировать сложившуюся ситуацию, руководствуясь концепцией так называемой «эпохи мира».
«Главный вопрос заключается в том, намерены ли действующие власти использовать подобные возможности или, напротив, предпочтут их проигнорировать, не реагировать и постепенно предать забвению, руководствуясь своей политикой так называемой «эпохи мира», которую они пытаются представить обществу», — заключает эксперт.