Трехсторонний союз Турции, Саудовской Аравии и Пакистана следует рассматривать не как альянс, направленный против какой-либо конкретной страны, а как попытку адаптироваться к формирующейся на Ближнем Востоке новой ситуации и диверсифицировать собственную безопасность. Такую оценку дал тюрколог Рубен Сафрастян.
Два года переговоры велись втайне
По его словам, переговоры между тремя странами около двух лет проходили в условиях секретности, что само по себе является примечательным обстоятельством.
При этом появлялась информация о том, что на определенном этапе в переговорный процесс был вовлечен и Египет, однако впоследствии Каир выбыл из него. Существуют также сведения, согласно которым против участия Египта выступала Саудовская Аравия.
По оценке Сафрастяна, одна из основных стратегических причин формирования союза может быть связана с возможным сокращением присутствия США на Ближнем Востоке.
«США заявили, что будут сокращать свое присутствие на Ближнем Востоке. И эти страны, по сути, создавая этот трехсторонний союз, готовятся к тому вакууму, который может возникнуть после сокращения американского присутствия на Ближнем Востоке», — отметил он.
По словам тюрколога, Турция, Саудовская Аравия и Пакистан пытаются взять на себя более значительную роль в балансировании региональных процессов.
По его словам, это связано и с процессом формирования нового мирового порядка. Сафрастян считает, что посредством трехстороннего союза эти страны пытаются сделать систему обеспечения собственной безопасности более многовекторной.
Все три государства в разной степени связаны с США как союзники, однако в условиях возможного сокращения американского присутствия хотят в большей степени опираться на собственные возможности.
«Эти три страны, создавая трехсторонний союз, пытаются диверсифицировать процесс обеспечения собственной безопасности, опираясь не только на США, но и на свои силы», — сказал он.
Тюрколог одновременно обращает внимание на символическое значение союза: все три государства являются суннитскими мусульманскими странами.
По его оценке, это также можно рассматривать как попытку трех важных государств исламского мира углубить сотрудничество в сфере безопасности.
Внутриполитический расчет Турции
По мнению Сафрастяна, создание союза связано и с внутриполитическими расчетами каждой из стран.
В случае Турции он выделяет внутриполитические вызовы, с которыми сталкивается власть президента Реджепа Тайипа Эрдогана.
Тюрколог напомнил, что на муниципальных выборах, состоявшихся два года назад, партия Эрдогана «Справедливость и развитие» получила меньше голосов, чем главная оппозиционная сила.
В этих условиях, по словам Сафрастяна, турецким властям важно консолидировать исламистски ориентированный электорат и показать, что Анкара усиливает роль исламского мира в региональных и международных процессах.
По его оценке, для Эрдогана это также внутриполитический расчет, который может получить положительный отклик среди его избирателей и в определенной степени укрепить его позиции.
В случае Саудовской Аравии внутриполитический фактор, по мнению эксперта, имеет меньшее значение.
Пакистан, в свою очередь, переживает сложный внутриполитический период и продолжает сталкиваться с проблемой террористических атак. Поэтому для Исламабада компонент безопасности важен и с точки зрения решения внутренних проблем.
Союз направлен против Израиля?
После формирования трехстороннего союза одним из распространенных толкований стало предположение, что он прежде всего направлен против Израиля.
Сафрастян считает такую точку зрения преувеличенной.
По его словам, три страны действительно могут стремиться ограничить возможности Израиля на Ближнем Востоке, однако это не означает, что основной целью союза является подготовка к военным действиям против Израиля.
Особенно важными тюрколог считает отношения трех стран с США.
Турция и Саудовская Аравия остаются важными партнерами Вашингтона, а Пакистан, хотя и является более сложным партнером, также относится к числу американских союзников.
По оценке Сафрастяна, это обстоятельство снижает вероятность версии о том, что союз был сформирован для подготовки непосредственной военной операции против Израиля.
А против Ирана?
Другая распространенная версия заключается в том, что союз трех суннитских государств может быть направлен против шиитского Ирана.
Сафрастян считает такую версию в определенной степени понятной, однако и здесь предостерегает от однозначных выводов.
В частности, он подчеркивает специфику отношений Турции и Ирана.
Исторически между двумя странами существовали противоречия и конфликтующие интересы в различных сферах, однако примерно на протяжении последнего столетия их отношения не доходили до уровня прямого военного столкновения.
«Турция делает все, чтобы сохранить этот баланс, очень хрупкий баланс, который десятилетиями существует между двумя странами», — сказал тюрколог.
По его мнению, Анкара постарается сохранить это равновесие и в условиях израильско-иранского конфликта.
То же самое, по словам Сафрастяна, можно сказать о Саудовской Аравии и Пакистане.
Обе страны на определенных этапах выступают посредниками между США и Ираном, что также показывает, что их целью не является прямое противостояние с Тегераном.
Цель — не «против кого-то», а новый баланс
По заключению Сафрастяна, основная цель трехстороннего союза значительно шире, чем противостояние Израилю или Ирану.
По его оценке, Турция, Саудовская Аравия и Пакистан пытаются подготовиться к ситуации, при которой в условиях формирующегося нового мирового порядка США в определенной степени сократят свое присутствие на Ближнем Востоке.
В этих условиях три страны стремятся взять на себя управление и балансирование определенной части региональных процессов, создавая более самостоятельные механизмы безопасности.
Сафрастян также обращает внимание на положение соглашения о союзе, которое технически в определенной степени напоминает статью 5 Североатлантического договора НАТО и предусматривает возможность взаимной помощи в случае нападения на одного из участников.
Однако, по его оценке, на данном этапе это положение представляет собой скорее теоретическую возможность, чем действующий военный механизм.
Таким образом, по оценке тюрколога, трехсторонний союз следует рассматривать как шаг по подготовке к новой расстановке сил на Ближнем Востоке.
Его участники пытаются не столько объединиться против конкретного противника, сколько увеличить собственную самостоятельность в сфере безопасности в условиях сокращающегося американского присутствия и участвовать в формировании нового регионального баланса.