Процессы вокруг проекта TRIPP выходят далеко за рамки чисто экономической логики и несут для Армении глубокие геополитические риски, прежде всего в контексте отношений с Ираном. Такую оценку даёт политолог Грант Микаелян. По его мнению, возможные военные действия США против Ирана и усиление американского присутствия на территории Армении способны резко изменить положение страны в регионе.
Американское присутствие — красная линия для Ирана
По словам Микаеляна, негативное отношение Ирана к проекту TRIPP уже сформировалось. Если в рамках этого проекта будет обеспечено прямое американское присутствие у иранской границы, Армения в восприятии Тегерана может превратиться из партнёра в недружественное государство.
Он подчёркивает, что это представляет чрезвычайно серьёзную угрозу. Для Армении отношения с Ираном значительно важнее, чем отношения с Соединёнными Штатами, особенно с учётом географии страны и её зависимости от южного направления.
На фоне обсуждений возможной военной операции против Ирана данный фактор приобретает особую чувствительность.
Открытие границ как инструмент нового давления
Комментируя заявление Дональда Трампа о возможном введении 25-процентной пошлины в отношении стран, торгующих с Ираном, Микаелян называет эту инициативу политически спорной и юридически проблемной.
Он не исключает, что подобные заявления носят характер политического давления или шантажа, а не реально применимого механизма. Даже в случае их применения к Армении речь шла бы примерно о 25 миллионах долларов — сумме ощутимой, но не критической.
Эксперт выражает надежду, что даже если такой механизм будет задействован, он не коснётся Армении. До сих пор США проявляли определённое понимание в вопросе армяно-иранских отношений, особенно с учётом того, что речь не идёт об экспорте или реэкспорте товаров двойного или военного назначения. Такой подход объяснялся сложным и уязвимым геополитическим положением Армении.
Однако, предупреждает Микаелян, ситуация может измениться, если будут открыты или частично открыты границы с Турцией и Азербайджаном. В этом случае США могут потребовать ограничения или закрытия коммуникаций с Ираном, аргументируя это наличием у Армении альтернативных маршрутов.
В этом контексте он напоминает визит в Армению в 2018 году советника по национальной безопасности США Джона Болтона, во время которого прозвучала мысль о том, что Армения «в какой-то момент должна закрыть границу с Ираном».
Мегри как геополитический узел
По оценке Микаеляна, война 2020 года во многом была связана именно с южным направлением и логикой коридоров. Наступление Азербайджана вдоль реки Аракс имело целью отрезать Арцах от Ирана и выйти к границе Армении, чтобы в дальнейшем навязать идею коридора.
Сегодня, считает он, этот процесс продолжается в ином формате. Если США станут ключевым игроком проектов TRIPP и коридорной логики, вопрос перестанет быть частью двусторонних отношений Армения–Турция или Армения–США и превратится в предмет переговоров между США и Турцией.
В таких условиях Турция, по словам эксперта, может торговаться по совершенно другим направлениям, включая, например, сирийское досье. Для Анкары TRIPP имеет куда более высокую стратегическую ценность. «Это тюркский путь», — подчёркивает Микаелян.
Совпадение интересов США и Турции
Микаелян отмечает, что в рамках данного проекта интересы США и Турции совпадают. Турция стремится к беспрепятственному выходу в Центральную Азию, тогда как США рассматривают этот регион как потенциальную зону нового давления на Россию — своего рода «вторую Украину».
В этой логике Мегри может превратиться в важный узел поставок вооружений в Центральную Азию, что сделает его зоной повышенной напряжённости и уязвимости. Политолог напоминает, что премьер-министр Армении уже допускал возможность транспортировки военных грузов по этому маршруту.
Кто принимает реальные решения
Микаелян подчёркивает, что Армения и действующие власти фактически не определяют стратегическую повестку этого проекта. По его словам, повестка формируется Турцией, США выступают как сильный внешний игрок, Азербайджан навязывает свои условия силовым путём, а Армения вынуждена соглашаться, имея возможность влиять лишь на второстепенные детали.
Он резюмирует, что данный коридор однозначно направлен против России и Ирана, однако это не является выбором самой Армении. Страна, по его оценке, оказалась перед проектом, последствия которого могут быть долгосрочными и опасными для её государственности.