Действующее правительство Армении начало кампанию против Церкви. Многие считают, что этим подрываются основы нашей государственности. Возникает вопрос: какое отношение Церковь имеет к основам государства? Армения — светское государство, церковь и государство отделены друг от друга, мы живём в XXI веке, и религия отделена от политики и общественной жизни. В этом смысле подобное мнение звучит странно. Однако я считаю, что именно та политика, которую проводит нынешнее правительство, подрывает основы государственности. Почему — об этом поговорим подробнее.
Сначала посмотрим, в чём премьер-министр и его команда обвиняют Церковь.
Первое обвинение заключается в том, что Церковь вмешалась в политику и претендует на власть. В ответ звучит тезис: пусть создаёт партию и участвует в выборах. Однако Церковь и духовенство не выдвигали политических амбиций, хотя любой священник, как гражданин Армении, имеет право участвовать в выборах.
Что касается политики — да, Церковь, как институт, может заниматься политикой. Но заниматься политикой и стремиться к власти — разные вещи. Папа Римский Франциск незадолго до смерти выразил тревогу по поводу происходящего в Газе, назвав это геноцидом и призвав остановить насилие. Это политика или нет? Конечно, политика. Когда религиозные организации США выступают против абортов, эвтаназии, за сохранение традиционной семьи и даже добиваются изменений в законодательстве — разве это не политика?
Президент США приносит присягу на Библии, и религиозные общины играют ключевую роль в его избрании. Это политика или нет? То есть Церковь может участвовать в политике, выражая свою позицию, исходя из религиозного учения.
Когда начались гонения против Церкви и Католикос всех армян Гарегин II посетил Швейцарию, он инициировал крупный церковный собор, где поднял вопрос армянских военнопленных в Баку и право арцахцев вернуться на родину. После этого премьер-министр усилил давление на него. В этом смысле Гарегин II действительно занимался политикой — исходя из религиозного и национального долга.
Другое обвинение — что священников якобы заставляют участвовать в митингах, ссылаясь на старую аудиозапись. Также премьер-министр обвинил некоторых церковных иерархов в шпионаже в пользу иностранных государств. Однако премьер не имеет права выдвигать такие обвинения — это прерогатива правоохранительных органов. А если подобных дел не возбуждают, значит, речь идёт о ложном доносе, и за это премьер должен нести ответственность.
Есть и обвинения, что некоторые священники не соблюдают обет безбрачия. Но это не дело премьер-министра. Каждый верующий может обсуждать такие вопросы, формируя общественное мнение, но глава государства — нет, тем более если сам он, по церковным канонам, не выполняет определённые таинства и потому не может считаться истинным последователем Церкви.
Другое обвинение — что некоторые церкви превратились в «чуланы». В любой демократической стране историко-культурные памятники находятся под охраной государства. Например, собор Нотр-Дам и другие храмы Франции принадлежат государству, которое полностью финансирует их содержание, но передаёт католической церкви для проведения богослужений. В Армении же уход за храмами чаще всего осуществляется за счёт самой Церкви, диаспоры или частных благотворителей, в том числе Самвела Карапетяна. Поэтому премьер не имеет морального права выдвигать подобные обвинения.
Теперь посмотрим, какие «решения» предлагает премьер. Он заявляет, что нужно избрать нового Католикоса, то есть нынешний должен подать в отставку. Но требовать этого премьер не имеет права. Это прямое вмешательство в дела религиозной организации и нарушение Конституции.
Он также говорит, что народ должен сам выбрать Католикоса, а временным предстоятелем должен стать женатый священник. Почему именно женатый? Вероятно, потому, что у такого человека нет обета безбрачия. Но подобное требование характерно для протестантских церквей. Фактически премьер ставит вопрос о смене вероисповедания — превращении Армянской Апостольской Церкви в протестантскую, децентрализованную структуру.
Это означает, что армянская диаспора, основанная на церковной идентичности, перестанет существовать. Не случайно одним из первых шагов премьера после прихода к власти в 2018 году было упразднение Министерства диаспоры. Между тем в таких странах, как Израиль, работа с диаспорой — основа государственной политики.
Таким образом, подобные шаги ведут к разрушению не только церковной структуры, но и самой основы армянской идентичности. Недаром в Турции и Азербайджане регулярно публикуются аналитические материалы, где утверждается, что для уничтожения армянского национализма нужно устранить два столпа — Церковь и диаспору.
Поэтому проводимая политика разрушает основы государственности. Церковь — это духовный фундамент армянской цивилизации, источник тех нравственных норм, на которых основан армянский патриотизм.
Один из величайших мыслителей XX века, Освальд Шпенглер, автор труда «Закат Европы», писал: исключив религию из политической и культурной жизни, Запад идёт к своему закату. Культура умирает вместе с религией. Именно религия формирует систему ценностей, на которой строится представление народа о Родине.
С точки зрения той модели патриотизма, которая присуща армянам, действующее руководство страны — отступники. Чтобы оправдать своё отступничество, они должны уничтожить Церковь и разрушить культуру, изменив сам образ Родины.
Один из важнейших символов Армении — Арарат, прежде всего религиозный символ: гора, на которой, по Библии, остановился ковчег Ноя, место, откуда началось человечество и возникла армянская государственность. Разрушая этот символический пласт, власть разрушает представление о Родине.
Украинская трагедия началась с попыток уничтожить национальную идентичность и ударов по православной церкви.
То же самое происходило в Турции, где Ататюрк пытался создать светскую нацию, но впоследствии власть вновь обратилась к исламу, превращая бывшие церкви-музеи в мечети — как символ победы над христианством.
Иран также держится на религиозной идеологии: если уничтожить шиитскую доктрину, рухнет и государство.
Из всего этого очевидно: кампания против Армянской Церкви — это не просто борьба с религией. Это атака на национальную идентичность и саму основу армянской государственности.
Политолог Степан Даниелян