Для России вопрос региональных коммуникаций и железной дороги не менее, а возможно, даже более важен, чем военная база. Об этом заявил политолог Степан Даниелян, комментируя заявление президента России Владимира Путина о готовности России вывести военную базу.
Для России ключевым вопросом является железная дорога
По мнению Даниеляна, Южный Кавказ рассматривается как важное транзитное направление в Центральную Азию, а Армения и Азербайджан важны для России также с точки зрения коммуникаций в направлении Ирана и в дальнейшем Индийского океана.
«Я думаю, что в первую очередь речь идет о железной дороге», — подчеркивает политолог.
По словам Даниеляна, если железнодорожное сообщение через территорию Армении будет восстановлено и запущено, Россия сможет получить новые возможности через Армению и Нахичевань в направлении Турции и Ирана.
Одновременно, по словам политолога, строящийся между Азербайджаном и Ираном железнодорожный проект продолжает сталкиваться с проблемами, тогда как Турция планирует установить железнодорожное сообщение через Нахичевань в направлении Карса.
Даниелян особенно важным считает вопрос о том, кто будет контролировать планируемый или обсуждаемый участок протяженностью около 40 километров на юге Армении.
«Вся проблема — в железной дороге. В первую очередь важна железная дорога, и я думаю, что нынешний разговор идет именно вокруг нее, вокруг коммуникаций», — говорит он.
От Арцаха до региональных коммуникаций
Даниелян связывает вопрос региональных коммуникаций также с процессом вокруг Арцаха и событиями, последовавшими после войны 2020 года.
По его убеждению, вопрос российского присутствия в Арцахе также был связан с более широкими геополитическими и коммуникационными проектами.
Политолог утверждает, что Запад и Турция имеют собственные коммуникационные проекты в регионе, а для их реализации важно устранение российского присутствия.
«По сути, Путин сказал: не шантажируйте нас этой военной базой, если хотите — мы ее выведем. То есть она не может быть предметом торга по вопросу железной дороги. Что касается железной дороги, русские отмечают, что готовы обсуждать любой вопрос, можно делать любые инвестиции, при необходимости строить отдельные участки. Но железная дорога — самый важный вопрос, потому что это геополитическая проблема. То есть Россия тем самым показала, что военная база в первую очередь нужна самой Республике Армения», — отметил он.
Заявление Лаврова и вопрос границ с Турцией
В этом контексте Даниелян придает большое значение также заявлению министра иностранных дел России Сергея Лаврова о том, что между Арменией и Турцией существуют проблемы.
Политолог предполагает, что речь может идти не только о нынешних политических отношениях, но и об исторических и правовых документах, на основе которых формировались границы региона, в частности о Карсском договоре.
По его словам, переговоры вокруг этого договора проходили долго и чрезвычайно тяжело, и в их ходе обсуждались вопросы территории Армении, границы с Турцией, Аджарии и ряда других территорий.
Он напомнил, что до Карсского договора территория Армении составляла около 12 тысяч квадратных километров.
«До этого, по Александропольскому договору, территория Армении составляла около 12 тысяч квадратных километров, причем часть этой территории была нейтральной зоной. То есть не было даже 12 тысяч квадратных километров. После сложных и тяжелых переговоров по Карсскому договору территория Армении составила около 30 тысяч квадратных километров».
Вопрос военной базы — это «вопрос флага и договоров»
По убеждению Даниеляна, именно здесь возникает и реальное значение вопроса российской военной базы в Гюмри.
По его логике, присутствие России в регионе связано также с сохранением договорной системы, в рамках которой были сформированы нынешние границы Армении.
Следовательно, по его мнению, если Россия уйдет из региона и российская военная база будет выведена из Армении, могут возникнуть вопросы также относительно границ и их правовых оснований.
Он, в частности, упоминает направление Амасии и связанные с этим участком историко-правовые проблемы, подчеркивая, что присутствие России как правопреемницы Советской России в рамках всей этой системы имеет, по его мнению, не только военное, но и политико-правовое значение.
«Если Россия уходит, остается Александропольский договор, заключенный между Арменией и Турцией. Для многих это может звучать невероятно, но реальность такова, что эти вопросы существуют», — говорит он, одновременно подчеркивая, что именно с этой точки зрения интерпретирует заявление Лаврова.
«То есть вопрос базы — это вопрос договоров, это вопрос границ, это вопрос пограничных войск», — подчеркивает Даниелян.